Название: Эвенкийский этнос в начале третьего тысячелетия - Сборник научных трудов

Жанр: Культурология

Рейтинг:

Просмотров: 524

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 |




ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ В ОТНОШЕНИИ КОРЕННЫХ НАРОДНОСТЕЙ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РСФСР В 20 – 30-е гг. ХХ века

С. А. Головин,

г. Благовещенск

В         дореволюционной    России            права  и          обязанности малочисленных коренных народностей регулировались общим

«Положением об инородцах». Право управления аборигенами по  нему  предоставлялось  родовой  аристократии.  Глава  III

данного  положения  «Об  управлении  бродячих  инородцев»

провозглашала, что старостами Родового Управления могут быть «...князьцы и других наименований почетные люди, ими управляющие», при этом право занятия этих должностей было наследственным   и    согласно    ст.    123    «Положения»    -

«...женщины  исключаются  из  подобного  наследования»1.

Районные  и  стойбищные  старосты  из  среды  коренного населения назначались русскими приставами и волостными старшинами,    и    их    функции    в    основном    сводились    к

обеспечению к определенному сроку сбора ясака и транспорта

(подвод на оленях и собаках).

Советская власть сразу после своего утверждения занялась формированием специального механизма и бюрократических структур, обеспечивавших управление этническими меньшинствами страны. В 1918 г. в РСФСР были созданы Народный комиссариат по делам национальностей и ряд  губернских  и  уездных  национальных  комиссариатов.  В

1924 г. с образованием СССР Наркомнац был упразднен, а исполнительным органом, контролировавшим проведение национальной  политики   на   местах,   стал   Отдел   по   делам

национальностей          при          ВЦИК.          Соответствующий

организационно-управленческий аппарат создавался и на местах – в губерниях, волостях, уездах.

Теоретическая доктрина национальной политики советского   государства   в   20-е    гг .,    сфор му лиро ванная И . В . Стал иным ,      ис ходил а      из      по сту л ат а ,      что      в дореволюционной России лишь «одна нация, именно великорусская, оказалась более развитой в политическом и культурном отношении, чем другие», и поэтому она обязана оказать другим народам помощь в ликвидации их отсталости .

Во время революции и гражданской войны управление коренным населением на Дальнем Востоке фактически не осуществлялось. В период существования Дальневосточной республики (1920-1922 гг.) Министерство по национальным делам  ДВР  попробовало  распространить  на  аборигенов края  систему  управления,  применяемую  для  оседлого русского населения. Патриархальность быта, основанного на родовом начале, кочевой образ жизни, отдаленность местожительства коренных народностей от политического центра ДВР обу словили невозмо жность, безрезультатность таких попыток в условиях гражданской войны и интервенции.

С организацией на Дальнем Востоке советской власти в

1923 г. при отделе управления Дальревкома был создан Туземный подотдел, который приступил к разработке положения  об  управлении  коренным  населением  Дальне-

Восточной области. При разработке Положения в основу были

положены   следующие   принципы:   1)   внесение   как   можно меньше изменений в установившийся уклад жизни коренных национальных   меньшинств;   2)   объединение   «туземных» родов  в  одно  целое;  3)  простота,  гибкость  органов управления национальными меньшинствами, которые должны были быть основаны на существующих обычаях и традициях коренных народностей. Разработанное на основе указанных принципов  «Положение  об  управлении  туземных  племен» было утверждено Дальревкомом и представлено им на утверждение центра"3.

По указанному положению, органами управления коренными  народностями  являлись:  а)  общее  родовое собрание    и    избираемый    им    родовой    исполнительный

комитет;   б)   районный   родовой   съезд   и   избираемый   им

районный     «туземный» исполнительный комитет. Родовое собрание состояло из всех членов рода, достигших 18 лет и проживающих в районе расселения рода.

Родовой и районный тузисполкомы состояли из 3 работников и избирались на один год, при этом ввиду неграмотности большей части аборигенов региона родовые исполкомы  могли  осуществлять  делопроизводство  в устной форме. Родовой тузисполком избирал каждый род, насчитывающий не менее 15 семей. Рода, насчитывающие менее 15 семей, непосредственно управлялись общим собранием членов рода, избирая в качестве исполнительного органа власти председателя родового собрания.

Избирательный округ для выборов в районный родовой съезд формировали роды одноплеменного состава, кочующие в одном районе, с населением не менее 400 человек. Если же в районе численность коренного населения была меньше указанного количества, то оно объединялось с ближайшим районом одноплеменного состава, по обоюдному соглашению. Вследствие особых условий ДВО, Дальревкому было предоставлено право допускать образование отдельных избирательных округов с населением и менее 400 человек.

Депутаты на районный туземный съезд избирались родовым собранием из расчета 1 депутат на 25 человек, роды, насчитывающие  менее  25  чел.,  избирали  также  одного депутата. Общее количество депутатов съезда не должно было превышать 25 человек. За неимением денежных средств на местах оплата труда членов тузисполкомов и расходы по содержанию аппарата и созыву районных тузсъездов обеспечивались госбюджетом, до накопления местных средств4.

Родовой тузисполком одновременно являлся судом первой инстанции, по обычаям своего племени. Районный тузисполком, представляя высший орган власти в пределах его ведения в границах своего района, являлся в то же время судом второй инстанции, после родового исполкома. Райисполком подчинялся непосредственно окрисполкому в лице Окружного

уполномоченного по туземным делам, перед которым и перед районным съездом отчитывался в своей работе5.

Данная структура управления не являлась новой для коренного населения - до революции оно на своих ежегодных ярмарках (сугланах, больджерах) выбирало старост родов и обсуждало проблемы племени, а родовые и районные исполкомы заменили существовавшие ранее родовые управления и инородные управы. В сущности, «Положение об управлении туземных племен» узаконило сугланы, не имевшие до начала 20-х гг. обязательных созывов и права которых не были точно определены.

Решения III Всесоюзного съезда Советов (май 1925 г.) акцентировали внимание на необходимости «...полного обеспечения  повсеместно  прав  национальных  меньшинств».

Съезд поручил ЦИКу СССР принять соответствующие меры, в

том числе организовать введение во все выборные органы представителей национальных меньшинств; в случаях значительной численности национальных меньшинств - образование отдельных национальных Советов. Для конкретного руководства всей этой работы были созданы отделы нацменьшинств при исполкомах АССР, краев, областей, выделялись уполномоченные по делам нацменьшинств при остальных исполкомах, в горсоветах и центральных учреждениях6.

Созванный  в  июне  1925  г.  I  Дальне-Восточный туземный съезд признал «Положение» отвечающим запросам и требованиям коренного населения. На съезде делегаты настаивали  на  организации  туземных  советов,  мотивируя это тем, что сельские и волостные советы не учитывают особенностей жизненного уклада коренных народностей; остановились на проблеме подбора кадров для занятия выборных должностей из числа местного населения.

На основе «Положения» и резолюций съезда к 1925 г. были образованы: 1) в Забайкальской губернии родовые исполкомы – Тулягирский, Локшикатерский и Бултегорский, а также Тунгусский (Витимо-Керенкский) районный исполком,

объединивший эти родисполкомы; 2) в Амурской губернии – два районных и 10 родисполкомов (в Буреинском, Селемджинском и Верхне-Зейском районах); 3) в Приморской губернии – 8 родовых советов в Николаевском районе, в Ульчском подрайоне – 6, в Лиманском подрайоне – 2, в Хабаровском районе – 2. В Камчатской губернии к 1925 г. туземные советы, вследствие большой площади расселения племен и отсутствия путей сообщения, не были образованы. Впоследствии в Камчатской губернии предполагалось в местах, наиболее плотно населенных коренными народностями, реорганизовать часть существующих там сельсоветов в туземные.

Положение об организации туземной судебной части на северных окраинах РСФСР, наряду с общими народными судами, допускало отправление правосудия, основанное на родовом начале в районах, населенных коренными племенами. Для этой цели на районные туземные исполкомы возлагалось ведение судопроизводства среди подведомственного им населения. На основании данного Положения, дела, возникающие между членами рода, а также по жалобам и искам представителей других родов к членам данного племенного объединения, разбирались в родовом исполкоме, являющимся судом первой инстанции. Родовому суду были подсудны все споры, проистекающие из брачных и семейных отношений, а также споры имущественно-правового характера безотносительно к размеру иска. Из уголовных дел родовому суду были неподсудны дела по контрреволюционным и должностным преступлениям, ложным доносам и лжесвидетельству, укрывательству преступников, порче средств сообщения и связи, убийствам, нанесению тяжких телесных повреждений, разбоям и подлогам. Вторую ступень туземных судов осуществляли туземные районные исполкомы. Дела, возникающие по спорам между племенными объединениями, рассматривались   в   райисполкомах,   являющихся   в   этом случае судами первой инстанции. Родовые и районные суды рассматривали дела публично, на наречии объединяемых ими народностей, при этом решения и приговоры этих судов могли

быть вынесены в устной форме, как и жалобы, подаваемые в райсуд, а соблюдение форм, установленных УПК, для них не являлось обязательным. Производство судебных дел было освобождено от оплаты пошлин и сборов всех наименований, упрощались до минимума все формальности. Решения и приговоры райсудов могли быть обжалованы в Народном суде, при участии одного или двух народных заседателей коренного происхождения.

По представлению Дальревкома, ВЦИК и СНК РСФСР постановлением от 7 сентября 1925 г., дополнил УК статьями, устанавливающими наказания: 1) за уплату выкупа за невесту, устанавливающего обязательство выдачи невесты замуж против ее   воли   за   жениха,  заплатившего  выкуп  (принудительные работы на срок до одного года); 2) за соучастие в подобном преступлении; 3) за принятие выкупа (то же наказание и штраф в   размере  выкупа);  4)   за   похищение  женщин,  достигших брачной зрелости, для вступления с нею в брак против ее воли (лишение свободы до 5 лет); 5) за принуждение женщины, достигшей брачной зрелости, со стороны родственников и опекунов  к  вступлению  в  брак  против  ее  воли  (лишение свободы до 2 лет); 6) за вступление в брак с лицом мужского или женского пола, не достигшим половой зрелости, или принуждение к заключению такого брака со стороны родственников и опекунов.

Туземный подотдел, кроме вышеприведенных мероприятий, провел через высшие органы ДВО и РСФСР ряд постановлений, ограждающих коренные народности от негативного влияния частной торговли. По представлению туземного подотдела, Дальревком 22 сентября 1923 г. для защиты аборигенов от эксплуатации и спаивания со стороны частных торговцев издал постановление, утвержденное СНК РСФСР 20 июня 1924 г., которым обязал лиц, желающих вести торговлю в районах расселения коренных народностей и на расстоянии 25 верст от этих районов, получать разрешительно- регистрационные удостоверения от уполномоченных по туземным делам, а где таковых не было – от близлежащих

уездных и волостных исполкомов. Этим постановлением воспрещался провоз, пронос и хранение крепких спиртных напитков в указанных районах, спаивание аборигенов при заключении торговых сделок (заключенная при таких условиях сделка считалась недействительной). За неисполнение указанного постановления предусматривались штраф до 300 руб. или принудительные работы до 3 месяцев, с лишением лицензии на право торговли в национальных районах.

С образованием государственных торговых организаций,         занимавшихся         скупкой         пушнины,

постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 7 сентября 1925 г.

Дальревкому предоставлялось право утверждать перечень местных государственных и кооперативных организаций, коим разрешалась подобная деятельность в национальных районах. Данное постановление разрешало региональным органам власти определять районы, в которых воспрещалась деятельность частных торговцев; устанавливало обязательную регистрацию всех организаций и частных торговцев, ведущих пушные заготовки и надзор за их деятельностью.

По представлению туземного подотдела Дальревком освободил коренные народности Дальнего Востока РСФСР от охотничьего сбора и всех видов прямых налогов за исключением промыслового (аборигены Камчатской губернии освобождались и от этого налога). Для облегчения производства учета коренного населения, привыкания его к регистрации случаев рождения, смерти и брака, оно освобождалось от оплаты первичных выписок из книг актов гражданского состояния.

Со второй половины 20-х гг. акценты в области межнациональных отношений изменились – в государственной политике на первый план выходили классовые приоритеты перед национальными. В неавтономных национальных территориях РСФСР, к каким относился и Дальний Восток, реализация национальной политики не считалась теперь главной проблемой. Политика социально-экономической модернизации страны, провозглашенная во второй половине

20-х   гг.,   выводила  население  из  круга  своих  этнических

интересов. К середине 30-х гг. в государственной доктрине по национальному вопросу утвердилось положение о том, что в результате создания единого социалистического уклада и помощи  русского  народа  другим  нациям  в   СССР ликвидированы элементы национальной отсталости, т.е. необходимость в дальнейшей ликвидации неравенства в положении русских и нерусских наций отпала. В конце 30-х годов в СССР были ликвидированы многочисленные национальные  районы  и  сельсоветы.  В  Конституции  СССР

1936 г. и Конституции РСФСР 1937 г. исчезло упоминание термина «национальные меньшинства», что означало переход в осуществлении национальной политики от поддержки развития автономии нерусских народностей к их интеграции (так называемой интернационализации)7.

1 ГАХК. Ф. 791. Оп. 2. Д. 3. Л. 175.

2  Вдовин А.И. Национальная политика 30-х годов (Об исторических            корнях            кризиса            межнациональных

отношений  в  СССР)  //  Вестник  Московского  университета.

Серия 8. История. 1992. №4. С.24.

3 ГАХК. Ф. 791. Оп. 2. Д. 3. Л. 176.

4 Там же. Л. 177.

5 Там же.

6 Этнографические процессы в Приморье в XX веке. –

Владивосток: ДВО РАН, 2002. С. 86-87.

7 Там же. С. 89; Вдовин А.И. Указ. соч. С. 36.




Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 |

Оцените книгу: 1 2 3 4 5

Добавление комментария: