Название: Общая и прикладная политология - В.И. Жукова

Жанр: Политология

Рейтинг:

Просмотров: 694

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 |




ГЛАВА XXI. ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ

Конфликт – это столкновение противоположных интересов, мнений, взглядов, серьезное разногласие, острый спор, чреватый осложнениями и борьбой враждующих сторон различного уровня и состава участников; испытание сил противоборствующих сторон.

Конфликты охватывают все отношения человека с объективной действительностью. [c.363]

1. Общая характеристика социальных конфликтов и специфика политических конфликтов

История развития человечества четко фиксирует положение: в условиях кризиса общества или его отдельных сфер – идет мучительный процесс отыскания средств его исцеления, усиленная разработка “стратегии выживания”. Борьба за выживание требует и новых социальных теорий, которые бы учитывали особенности нового времени, позволяли разрешать возникающие противоречия, конфликты и эффективно управлять общественными процессами. Одной из них и призвана стать теория конфликтов. Она охватывает широкий круг вопросов. Это определение самого понятия “конфликта”, раскрытие его природы как особого общественного явления, выявление причин и условий возникновения конфликта и конфликтных ситуаций, возможностей их прогнозирования и разрешения. Исследователями анализируются структура или “анатомия” конфликта как определенной системы, а также движущие силы (участники) развития социальных коллизий. Важную проблему составляют и вопросы типологии, классификации конфликтов, выявление их роли в жизни общества.

Проблема конфликта стара как мир (1). Китайские философы уже в VII-VI веках до н.э. видели источник движения всего существующего во взаимоотношениях, присущих материи положительных (ян) и отрицательных (инь) сторон. В Древней Греции ценным является учение [c.363] о противоположностях и их роли в возникновении вещей. Так, Анаксимандр утверждал, что вещи возникают из постоянного движения апейрона, единого материального первоначала, приводящего к выделению из него противоположностей. Благодаря вечному движению апейрона и образованию противоположностей, одни миры и вещи рождаются, а другие уничтожаются, во Вселенной происходит бесконечный круговорот миров и вещей, не нуждающийся ни в каком содействии богов. Гераклит пошел дальше и сделал попытку вскрыть причину движения, представить движение вещей и явлений как необходимый, закономерный процесс, порождаемой борьбой противоположностей. Следует знать, утверждал он, что борьба всеобща и что “ все происходит через борьбу и по необходимости”.(2) В той или иной форме, подобные мысли высказывали Сократ, Платон, Эпикур, Полибий и другие.

Большое внимание исследованию конфликтов в обществе уделял Н.Макиавелли. В работах, посвященных римской истории, он рассматривает конфликты различного уровня и отмечает их положительную роль в развитии общественных процессов.

Однако до конца XVIII в. мыслители, занимавшиеся вопросами конфликта, сводили его к вопросу господства и подчинения, разрешаемому прежде всего благодаря регулирующей деятельности государства.

Конфликт, как социальное явление, впервые был исследован в работе Адама Смита “ Исследования о природе и причинах богатства народов” (1776). Важное место в исследовании конфликтов занимает Гегель с его учением о противоречиях и борьбе противоположностей.

Свое теоретическое обоснование проблема конфликта получила в конце XIX – начале XX века в рамках социологии. Это, естественно, наложило существенный отпечаток на ее содержание. Сама социология, находившаяся тогда под влиянием биологии, рассматривала конфликты, исходя из дарвинской теории естественного отбора. Затем в социологии утвердился психологический подход, и в связи с этим на конфликт распространился социально-психологический взгляд. Позднее социология оказалась под сильнейшим влиянием функционализма, который конфликтам отводил негативную роль, и проблема конфликтов как бы отступила на задний план. [c.364]

Поэтому в противоположность теориям структурного функционализма, выносившим конфликты за пределы социологического анализа, как нечто чужеродное для социальной системы, уже с 50-х годов стали появляться специальные работы, посвященные социальным конфликтам, как явлениям присущим внутренней жизни общества, существующего в нем порядка вещей.

Наибольшую известность получили концепции: “позитивно-функционального конфликта” Льюиса Козера (США), “конфликтной модели общества” Р. Дарендорфа (Германия) и “общей теории конфликта” К. Боулдинга (США).

Сущность концепции Л. Козера состоит в следующем. Обществу присуще фатально неизбежное социальное неравенство, вечная психологическая неудовлетворенность членов общества и проистекающая отсюда напряженность между индивидами и группами, обусловленная их чувственно-эмоциональной, психической расcтроенностью, от случая к случаю разряжающаяся в их взаимных коллизиях. Поэтому социальный конфликт Козер сводит к “напряженности между тем, что есть, и тем, что должно быть в соответствии с чувствами известных групп и индивидов”. Под социальным конфликтом он понимает “борьбу за ценности и претензии на определенный статус, власть и ресурсы, борьбу, в которой целями противников являются нейтрализация, нанесения ущерба или уничтожение соперника”. Это наиболее распространенное определение конфликта в западной политологии.

Немецкий социолог Ральф Дарендорф в середине 60-х годов выступил с обоснованием теории социального конфликта, получившей название “конфликтной модели общества”. По его мнению, любое общество постоянно подвергается изменению, социальные изменения вездесущи; оно испытывает в каждый момент социальный конфликт, социальный конфликт вездесущ; каждый элемент общества способствует его изменению; любое общество опирается на принуждение его членов другими. Поэтому, отмечает Дарендорф, для общества характерно неравенство социальных позиций, занимаемых людьми по отношению к распределению власти, а отсюда проистекают различия их интересов и устремлений, что и вызывает взаимные трения, антагонизмы, а как результат этого – [c.365] структурные изменения самого общества. Подавленный конфликт он сравнивает с опаснейшей злокачественной опухолью в теле общественного организма.

Среди концепций, претендующих на универсальное применение как к внутренней жизни общества, так и к международным отношениям, важное значение занимает “общая теория конфликта” американского социолога Кеннета Боулдинга, изложенная в его книге “Конфликт и защита. Общая теория”. Он считает, что конфликт неотделим от общественной жизни. В самой природе человека лежит стремление к постоянной вражде и борьбе с себе подобными, к эскалации насилия. Конфликт К. Боулдинг определяет как ситуацию, в которой стороны сознают несовместимость своих позиций, и каждая сторона стремится занять позицию, несовместимую с желаниями, интересами другой стороны. Вместе с тем, конфликты являются таким видом социального взаимодействия, когда стороны осознают как свое противостояние, так и свое отношение к нему. Они сознательно организуются, разрабатывая стратегию и тактику борьбы. Но все это не исключает того, что конфликты можно и нужно преодолевать или по крайней мере существенно ограничивать.

В целом зарубежные социологи далеко продвинулись в изучении конфликтов в обществе. Здесь можно подчеркнуть и такой момент. Широкое распространение и эффективное использование концепций социального конфликта в странах Запада, а также высокий авторитет ученых заключается в том, что эти концепции в своей основе затрагивают насущные интересы людей – их непосредственные нужды. а не отвлеченные абстрактные схемы в виде интересов класса вообще.

Следует отметить и то обстоятельство, что сама политология, например, США, ставшая одной из самых авторитетных общественных наук, превратилась в теорию регуляции конфликтов, владения конфликтной ситуацией.

В исследованиях советских ученых, в свое время, подчеркивалась прежде всего объективная, материально-экономическая и классовая природа конфликта, обусловленность общественно-политической деятельности людей и социальных групп, в конечном счете, их местом в системе общественного производства, их коренными экономическими интересами. [c.366]

Как известно, проблема социального конфликта получила довольно глубокое обоснование в работах К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина. Этот факт послужил основанием для ряда ученых-обществоведов вообще причислить марксистскую концепцию общественного развития к числу “конфликтных теорий”, с чем вряд ли можно согласиться, так как подобный подход сводит цельную мировоззренческую систему к частной теории.

В то же время нельзя не отметить того обстоятельства, что в марксизме проблема конфликта получила несколько упрощенное толкование, т.к. по сути дела она сводилась к столкновению между антагонистическими классами. Поскольку таковых в социалистическом обществе, считалось, нет, то исследования на уровне теории не велись.

Однако надо признать совершенно очевидный факт, что общество сохраняется как целое, благодаря присущим ему внутренним конфликтам. Наличие в обществе множества конфликтов, их сложное переплетение, препятствуют расколу общества на два лагеря, который может привести к гражданской войне, революции и другим формам аномалии.

Если конфликты неизбежное явление общественной жизни, то в чем же состоят их причины?

Наиболее общей причиной социального конфликта является неравное положение, занимаемое людьми в императивно координированных ассоциациях, в которых одни управляют и командуют, другие вынуждены подчиняться и исполнять директивы и указания.

Надо признать, что извечное разделение человеческого рода, отдельных общественных групп и коллективов на “верхи” и “низы”, неустранимость обостренных отношений между ними, как источник всевозможных конфликтов – не находятся в противоречии с действительной историей развития общества.

Можно считать, что, в конечном счете, конфликты определяются сознанием людей. В качестве причин, вызывающих конфликты, необходимо назвать несовпадение индивидуальных и общественных ценностей, разлад между ожиданиями, практическими намерениями и поступками людей, непонимание ими своих действий по отношению друг к другу, всяческие недоразумения, логические [c.367] ошибки и вообще семантические трудности в процессе коммуникации, недостаток и некачественность информации, а то и вообще ее искажение.

Пожалуй, универсальный источник конфликта состоит в несовместимости претензий сторон при ограниченности возможностей их удовлетворения. Конфликт вечен, потому что невозможно создание такой общественной системы, при которой бы потребности всех желающих были бы полностью удовлетворены.

Разумеется, при удовлетворении всех потребностей людей, конфликтов бы не было. Но тогда остановилось бы само развитие человеческого общества. Ведь жизнь соткана из противоречий, которые лежат в основе любого конфликта.

В связи с этим необходимо отметить позитивные функции конфликта. Например, он играет роль “отводного канала”, “выхлопного канала” для накопившихся страстей. Он может быть стимулятором и движущей силой социальных изменений. Позитивная функция конфликта проявляется и в содействии формирования социально необходимого равновесия, переоценки и изменения прежних ценностей и норм общества (благодаря разрешению конфликта), усилению лояльности членов данной структурной единицы; в гарантии развития общества путем вскрытия противоположных интересов, создание возможностей для их научного анализа и , прежде всего, определения необходимых изменений.

Конфликт, однако, может иметь и отрицательные последствия. Например, он может угрожать интеграции общества, разрушить сложившиеся социально-политичес-кие структуры его и т.п. Задача управления конфликтом как раз и состоит в том, чтобы не допустить его разрастания или снизить его негативные последствия.

Конфликтов в обществе великое множество. Поэтому их стараются классифицировать. Конфликты могут быть между странами, нациями, предприятиями, рабочими и администрацией, семейными (между мужем и женой) и т.д. и т.п. В соответствии с организацией общества, конфликты формируются на уровнях: индивидуумов, групп, крупных систем (или подсистем), классов и социальных слоев общества в целом, и, наконец, на региональном или глобальном уровнях. [c.368]

Разумеется, нельзя все конфликты подгонять под единую универсальную схему: есть конфликты типа “схваток”, когда противников разделяют непримиримые противоречия и рассчитывать можно только на победы; есть конфликты типа “дебатов”, где возможен спор, возможен маневр, но, в принципе, обе стороны могут рассчитывать на компромисс; есть конфликты типа “ игр”, где обе стороны действуют в рамках одних и тех же правил, поэтому они никогда не завершаются и не могут завершиться разрушением всей структуры отношений, сложившихся между противоборствующими сторонами. [c.369]

2. Конфликт и противоречие

Противоречие – это взаимодействие противоположных сторон и тенденций, предметов и явлений, которые находятся в единстве и взаимопроникновении, выступая источником самодвижения и развития объективного мира и познания. Единство и борьба противоположностей относительны.

В обществе как сложном социальном образовании противоречия действуют во всех его сферах. В экономической противоречия между плановой и рыночной сторонами экономики; между тенденциями к интеграции всех экономических регионов страны и тенденциями к децентрализации, к самостоятельности их; производством и потребностями; централизованной системой управления и инициативой предприятий и др. В социальной сфере противоречия между личностью и обществом; различными классами и социальными группами; между тенденцией к социальному равенству и углублению дифференциации доходов в период утверждения рыночных отношений.

Поскольку мы рассматриваем политические конфликты, то остановимся несколько подробней на противоречиях в политической сфере. Прежде всего на противоречии между публичной властью и самоуправлением. В России, к сожалению, до сих пор не удалось превратить государство из органа стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчиненный. Здесь не общество пошло по пути постепенного поглощения государства, а наоборот, произошло гипертрофированное огосударствление всех сфер жизни общества. В нашей стране в период строительства социализма [c.369] процесс огосударствления общества приобрел всеобщий характер. Разрешить противоречие между публичной государственной властью и общественным самоуправлением была призвана реформа политической системы, демократизация всех властных структур, всемерное развитие прямого, непосредственного участия трудящихся масс в определении политики государства и в управлении обществом. Однако следует признать, что это противоречие пока что не находит своего разрешения.

Второе противоречие между государством и обществом. Как известно, государство должно действовать от имени и по поручению народа. Однако отношения между ним и обществом внутренне противоречивы. Государство может адекватно представлять общественные и народные интересы, но интересы государства и общества могут и не совпадать. Причиной этого выступает бюрократизация государственного аппарата, его отрыв от масс, ориентация органов управления не на удовлетворение потребностей и воли народа, а на обособленные интересы аппарата управления. В истории советского общества такое расхождение интересов государства и общества наблюдалось в условиях режима личной власти, оно не преодолено и в настоящее время. Например, в конце 20-х – начале 30-х гг. была проведена насильственная коллективизация крестьянских хозяйств. Это не отвечало интересам народа в целом. Также как и ввод ограниченного контингента войск в Афганистан и антиалкагольная кампания, обернувшиеся позором для всего общества. Против воли народа началась война в Чечне.

Третье противоречие между элементами политической системы: а) между различными субъектами государственной власти, а именно центральными (федеральными) и региональными. Некоторые регионы в борьбе за суверенитет, перестали считаться с федеральными законами. В свое время “война законов” привела к распаду Союза ССР. Следует отметить, что отношение людей к закону всегда было сложным. Здесь необходимо выделить три аспекта. Первый, когда закон правит людьми. Это обстоятельство наблюдается в правовом государстве. Второй – когда люди правят законом. Это диктатура, в условиях которой власть имущие легко переступают через закон, если он стоит на их пути. Третий – [c.370] когда люди правят людьми. Это полный распад законодательной системы, когда наблюдается деструкция всех общественных отношений, приводящая к самоубиению данного социума как относительно упорядоченного общества; б) существуют противоречия между политическими партиями. Отметим некоторые тенденции, позволяющие осмыслить противоречия между ними. Во-первых, идет ожесточенная борьба между партиями за власть; во-вторых, некоторые партии еще недостаточно четко определили свои цели и социальную базу, на которую они собираются опираться. В-третьих, имеется четкое размежевание партий относительно будущего России; в-четвертых, идет противоборство между политическими партиями по вопросам модернизации российского общества; в) налицо противоречия между государством и различными общественными организациями и движениями. Как правило их интересы не совпадают. Такая организация как профсоюзы, например, открыто выступает против решений правительства, направленных на ущемление прав трудящихся, подрыв их материального положения.

Четвертое противоречие в сфере национальных отношений: а) между субъектами Российской Федерации; б) между национальными меньшинствами и коренной нацией внутри субъекта Федерации; в) между общими интересами федеративной власти и органами власти субъектов Федерации; г) между интернациональным и национальным, между тенденцией, выражающей возрастание роли языка межнационального общения, и потребностями развития родных языков; д) между великодержавным шовинизмом и местным национализмом и другие. Таким образом мы рассмотрели противоречия в политической жизни общества. А каков механизм разрешения противоречий? Какова роль политических институтов в их разрешении?

Эффективное управление обществом возможно лишь тогда, когда учитываются реальные противоречия и имеется механизм их разрешения. К последнему можно отнести: 1) программно-целевой механизм, предполагающий формирование и проведение научно обоснованной политики, включающей и масштабные исторические цели; 2) правовой механизм разрешения противоречий, связанный с совершенствованием законодательства Российской Федерации и ее субъектов; 3) организационно-корректирующий [c.371] механизм, связанный с совершенствованием организационной структуры власти или рокировкой кадров.

Важную роль в разрешении противоречий играет метод структурно-функциональной диагностики, с помощью которого изучают различные системы управления, с целью выявить причины нарушения связей между субъектом и объектом управления и что необходимо сделать, чтобы системы функционировали эффективно. Разновидностью структурно-функциональной диагностики является метод организационного анализа, предполагающий: выяснение соответствия организационных структур власти новым требованиям жизни; распределение и перераспределение прав и обязанностей (функций) различных звеньев аппарата, администрации, проведение централизации или децентрализации; выяснение степени профессиональной подготовки кадров государственных органов и учреждений; выяснение методов взаимоотношений работников госаппарата с гражданами; выяснение условий труда, служащих аппарата, их стиля работы и другие.

Рассмотрение сути противоречий и механизма их разрешения с философско-социологической точки зрения было необходимо, чтобы яснее понять современные теории конфликтов. [c.372]

3. Условия, возникновения и стадии развития политических конфликтов

Специфика политического конфликта определяется его объективной и субъективной сторонами, которые в своей совокупности определяют его качественную природу. Сторонники марксистской концепции конфликта подчеркивают, например, решающее значение объективной материально-экономической основы политического конфликта. Большинство же западных социологов на первое место ставят чисто субъективные моменты. Последние специфику политических конфликтов выводят из того обстоятельства, что человек, включенный в политическую деятельность (действия) в своем сознании оперирует “символическими политическими образами”, представлениями, дающими ему знание о политической картине мира, страны, региона, о своем месте в политической жизни и о других. Политический символ выступает в форме определенных политических взглядов, установок, [c.372] идеологических доктрин. Символический политический образ имеет большое значение в понимании политических конфликтов. В повседневной жизни, даже те политические конфликты, которые на первый взгляд кажутся обусловленными объективными материальными причинами, например, из-за собственности, на деле связаны с символическими элементами, вроде политического престижа, уважения личности политического лидера.

В то же время, чтобы политический символ стал источником конфликта, должна существовать неопределенность его значения, а также двусмысленность относительно того, что именно он собой представляет. Неустойчивость символики имеет важное значение в политике. Она является следствием раздвоенности сознания человека на два элемента – открытый и скрытый. Открытый элемент есть ни что иное, как осознание человеком самого себя, а скрытый – это то, что человек прячет от других. Последний элемент также подразделяется на две части: ту, которую человек прячет от других, или сознательно скрывает, и ту, которая прячется им даже от себя, или бессознательно скрываемую часть сознания.

Источник политических конфликтов может корениться в этой раздвоенности человеческого сознания, в подавлении официальной системы символов неофициальной, оппозиционной системы символики. В связи с этим можно заключить, что всякая политическая борьба – это проявление противоречий в сфере сознания и бессознательного. Например, в результате революций одна система символики уступает место другой. Можно провести сравнительный анализ символов, лозунгов и призывов буржуазно-демократической и социалистической революций. В обоих случаях шла борьба за привилегии того или иного класса, обладать властью, вершить политику и т.д. Роль государства сводится, в основном, к защите господствующей системы политических символов. Отсюда следует, что любая революция устанавливает новую государственную [c.373] власть, новый политический режим также в интересах господства новой системы политических символов, классов, социальных сил, владеющих экономическими рычагами общества.

Предпосылки и условия возникновения внутриполитических конфликтов весьма разнообразны. Политическая жизнь нашего общества в настоящее время характеризуется: подъемом массовых демократических движений; усилением обратной связи между субъектом и объектом управления общественно-политическими процессами; возрастанием участия личности в политической жизни, проявляющегося в повышении ответственности политических партий, организаций; ростом активности общественных организаций страны во всех регионах, областях и краях; стремлением власти реализовать те политические требования, которые волнуют людей. Кроме того отмечаются: неэквивалентный обмен между городом и деревней; легализацией теневой экономики (как предпосылка возрождения межклассовых противоречий); возрастанием национализма, шовинизма и сепаратизма; возрастанием политических амбиций и властолюбие отдельных руководителей (как дестабилизирующий фактор); противоречиями между сторонниками реформ и защитниками отживающих социально-экономических и политических отношений и институтов; противоречиями между различными политическими партиями и движениями относительно пути развития России; использованием методов политической борьбы; нетерпимостью к политическому инакомыслию; различиями в психологии и идеологии различных социальных групп и т.д. и т.п.

Все это может стать условиями конфликтных ситуаций, их предпосылками.

Политическая жизнь представляет собой особую форму реализации политических интересов людей (классов, партий, социальных групп). Она находит четкое выражение во властных отношениях, направленных на защиту, закрепление и развитие достигнутых завоеваний, создание новых предпосылок для дальнейшего укрепления положения определенных политических сил, достижение консенсуса между ними. В обществе различные структуры политической жизни обнаруживают свою противоречивость, что является совершенно естественным явлением. [c.374]

Противоречия присущи политической жизни общества на любом этапе его развития. Однако, они не всегда являются причиной политического конфликта. Если притязания субъекта учитывают закономерности функционирования общества, то политические процессы будут развиваться без конфликтов и потрясений. И, напротив, противоречия перерастают в борьбу двух противоположных сил, в политический конфликт, когда одни из них или обе – не учитывают объективного хода развития общественных процессов.

Интенсивность и острота социально-политических антагонизмов зависит прежде всего от состояния социально-политических и классовых сил в обществе. Интенсивность политических конфликтов прямо зависит от степени развитости и удовлетворенности интересов людей, коллективов, социальных слоев, классов. Отмечается прямая зависимость интенсивности политического конфликта от присутствия в его структуре идеологического элемента. Конфликты, в которых их участники сознают, что являются представителями определенных коллективов, групп, партий, борющихся не ради себя лично, но исключительно за общие идеалы, вероятно, будут более радикальными, чем те, столкновения, которые происходят из-за личных целей. Борьба за социалистическую идею отличается часто крайним радикализмом и бескомпромиссностью.

Западные политологи обвиняют марксистов в том, что они “превращают борьбу интересов в борьбу идей”. Другими словами, они призывают рабочих своих стран бороться не за “отвлеченные идеи”, а за конкретные, практические интересы, за улучшение жизни именно сегодня, а не в будущем.

Стадии развития политического конфликта. Для первой стадии этого конфликта характерно сформировавшееся отношение сторон по поводу конкретного противоречия или группы противоречий, выраженное в более или менее четкой форме их противостояния. Второй фазой конфликта является определение стратегии противоборствующими сторонами и форм их борьбы для разрешения имеющихся противоречий, с учетом потенциала и возможностей применения различных, в том числе и насильственных средств внутренней и [c.375] международной ситуации. Третья стадия связана с вовлечением в борьбу других участников, через блоки, договоры. Четвертая стадия – нарастание борьбы, вплоть до кризиса, охватывающего поэтапно всех участников с обеих сторон и перерастающего в общенациональный. Пятая стадия конфликта – переход одной из сторон к практическому применению силы, в начале в демонстрационных целях или ограниченных масштабах, чтобы принудить противостоящую сторону удовлетворить интересы той стороны, которая начала демонстрацию силы. Шестая стадия – это вооруженный конфликт, начинающийся с ограниченного конфликта (ограничения в целях, охватываемых территориях, масштабе и уровне военных действий, применяемых военных средствах) и способный, при известных обстоятельствах, развиться до более высоких уровней вооруженной борьбы (войны, как продолжения политики) всех участников. [c.376]

4. Политические и военные провокации

В ходе борьбы за власть и гегемонию человеческая цивилизация накопила солидный арсенал различных приемов противоборства. Однако среди многочисленных политических и военных средств насилия особое место принадлежит провокациям. Этот прием используют государства, партии, общественно-политические движения, экстремистские группировки. Вместе с тем, ответственность за политическую провокацию субъекты стремятся переложить на своих противников. Именно с провокацией начались первая и вторая мировые войны, а также большинство военных конфликтов современности. Было бы наивным полагать, что этот прием политического противоборства остался только в истории. Современная политическая практика дает нам богатый материал для теоретических обобщений и политических выводов.

Генезис феномена провокация и понятие уходят своей историей во времена античного мира. Термин “provocatio” латинского происхождения, в переводе он обозначает вызов, в первоначальном смысле “provocator” трактовался как бросающий вызов. В Древней Греции, когда города-полисы вели междоусобные войны, существовал обычай: воин выходил перед своим войском и войском противника и вызывая соперника померяться [c.376] силами. После их поединка начиналось общее сражение. Воина, который начинал сражение, называли провокатором. Таким образом, происхождение термина связано непосредственно с вооруженной борьбой. В ходе исторической эволюции термин “провокация” изменил свое значение и начал использоваться в более широком плане в качестве категории особого рода политического и военного насилия.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРОВОКАЦИЯ – это прием политического противоборства, который включает в себя специально организованные акции подрывного характера в целях вызова ответных мер со стороны противника и использования их последствий для дестабилизации обстановки, эскалации насилия, дискредитации политики государств, партий, лидеров, дезинформации общественного мнения (4).

Наиболее полно сущность провокации проявляется в ее функционально-ролевом предназначении. Рассмотрим это более подробно.

1. Функция предлога для начала войны или вооруженного конфликта. Как во времена древности, так и в наше время обострению международной обстановки, возникновению военного конфликта предшествуют причины, которые подразделяются на основные, главные, второстепенные и непосредственные. Чаще всего в качестве непосредственной причины конфликта используется предлог или повод. Любой агрессор, начиная военную кампанию, заботится о придании своей акции характера справедливого возмездия. Именно с этой целью и организуется провокация. При этом сама провокация является ширмой, которая позволяет хотя бы на время скрыть истинные замыслы агрессора. Это особенно актуально стало теперь, когда в международном сообществе разработан целый комплекс мер по наказанию агрессора и оказанию помощи жертвам агрессии. Так, именно с провокаций в Тонкинском заливе началась агрессия США против ДРВ; в результате многочисленных провокаций Израиля против арабских стран возникло 5 арабо-израильских войн и др.

2. Функция дестабилизации внутри– и внешнеполитической обстановки. В настоящее время, несмотря на положительные изменения в отношениях между государствами, продолжают сохраняться многие [c.377] противоречия, возникают и новые очаги напряженности. Чаще всего это является результатом субъективных причин. Особенно ярко это проявилось в СНГ, который за короткий промежуток времени превратился в конфронтационный узел противоречий. Деструктивные силы, к которым можно отнести срастающиеся мафиозно-политические группировки сепаратистского направления, реакционные националистические и конфессиональные круги, борясь за сферы влияния, стремятся усугубить с помощью акций подрывного характера территориальные проблемы, возродить или обострить существующие национальные, этнические, религиозные противоречия, столкнуть между собой народы. В результате таких действий безопасность СНГ в целом и каждого в отдельности государства существенно снижается, закладываются факторы долговременного дестабилизирующего характера. Создается благоприятная обстановка для иностранного вмешательства во внутренние дела СНГ. Об этом ярко свидетельствуют события на Кавказе, в Приднестровье, Средней Азии.

3. Функция дискредитации государств, партий, общественно-политических движений и их лидеров. Уже с самого начала борьбы за власть политические противники, наряду с военной силой, стремились применить целый ряд приемов с целью подрыва авторитета и влияния своих оппонентов. В ходе таких акций используются не только реальные факты, но и вымысел, клевета. К сожалению, современное политическое противоборство в СНГ по мере его обострения представляет немало примеров использования этого приема.

4. Функция дезинформации общественного мнения. Широкие возможности по ее использованию представляют средства массовой информации. Если ранее они находились в руках КПСС и монопольное право на их использование давало возможность партии практически неограниченно манипулировать общественным мнением, то сейчас, в условиях зарождающейся демократии в странах содружества, возникает новая опасность: политические группировки, в руках которых находятся власть и финансы, начинают также искажать реальные события и факты в своих интересах. По мнению профессионалов, чтобы проводить свою политику в области дезинформации [c.378] общественного сознания, политической группировке необходимо иметь 3-4 канала продвижения информации.

5. Функция дезориентации общественного сознания. Эта функция тесно связана с дезинформацией, но имеет ряд особенностей. Они заключаются в том, чтобы с помощью пропагандистского камуфляжа отвлечь внимание людей от событий, знание о которых в данный момент не выгодно субъекту провокации. С этой целью в массовом порядке населению преподносятся различные сенсационные факты, которые отвлекают внимание людей от их жизненно важных проблем, заставляют на время забыть о них.

Функции политических провокаций являются наиболее обобщенным показателем сущностных характеристик этого феномена, но при исследовании надо иметь в виду, что их реализация достигается применением конкретных способов и приемов; к ним можно отнести клевету, шантаж, диверсии, подлоги и т.п.

Из приведенного определения политической провокации и перечисления ее функций видно, что провокация всегда выступает следствием целенаправленной деятельности субъекта политики. Наряду с этим некоторые авторы считают, что ее можно подразделить на умышленную и неумышленную.

По нашему мнению, при разделении провокаций на умышленные и неумышленные допускается серьезная методологическая ошибка: смешиваются два различных качества, две философские категории – необходимость и случайность. При этом надо иметь в виду: если провокация является заранее организованной акцией субъекта, в которой последний под влиянием определенных причин действует, предвидя последствия своих шагов, то неумышленный инцидент в отличие от этого происходит стихийно, без сознательного участия субъекта. Важно подчеркнуть, что провокация – явление с ярко выраженной каузальной связью, а инцидент в отличие от нее возникает в результате стихийного стечения обстоятельств. Инцидент можно использовать в качестве повода для эскалации политического и вооруженного насилия, но при этом провокация начнется лишь с момента сознательной подстрекательской деятельности субъекта. Можно предположить, что инцидент создает лишь предпосылку для провокации. [c.379]

История политического противоборства знает немало инцидентов, которые, не будучи специально подготовленными акциями для достижения определенных политических целей, все же оказывали значительное влияние на ход и исход событий, служили непосредственным предлогом для организации провокаций. Классическим примером тому может служить начало первой мировой войны. Это подробно описано в романе В. Пикуля “Честь имею”. Автор убедительно доказывает, что целая цепь провокационных акций, а не только и не столько инцидент в Сараево, стали непосредственной причиной начала первой мировой войны. Не подлежит сомнению, что, если бы не было выстрелов в Сараево, то со стороны мировой финансовой олигархии были бы инспирированы другие поводы и предлоги для дестабилизации обстановки и начала войны.

В связи с этим нам представляется, что нельзя рассматривать в качестве политических провокаций непреднамеренные инциденты, в том числе и те, которые привели к определенным политическим последствиям (конфликтам, осложнению международной обстановки), если эти акции не являются заранее подготовленными звеньями в системе враждебных мер противника. Следовательно, для квалификации того или иного акта как провокации необходимо опираться на ряд оснований.

Мы предлагаем для этого следующие: во-первых, наличие у субъекта целевой установки, направленной на обострение ситуаций; во-вторых, осуществление целенаправленной подстрекательской деятельности; в-третьих, наличие соответствующего организационного аппарата, предназначенного для осуществления подобных акций и использования их последствий для эскалации реакционного политического насилия.

Вместе с тем инцидент может весьма близко подходить к провокации, а порой и вплетаться в ее ткань, но при этом он будет всего лишь элементом, и далеко не самым важным, в сложной и многогранной подрывной деятельности.

В зависимости от используемых реакцией средств, провокации можно подразделить на ряд разновидностей: террористические акции (покушение на Папу Римского, поджег рейхстага и пр.); односторонние нарушения [c.380] международных договоренностей; подстрекательские заявления и дезинформация; комбинированные разведывательно-провокационные акции; массовые политические кампании (сборища неофашистов и т.п.); обсуждение в государственных органах внутренних проблем, относящихся исключительно к юрисдикции других суверенных народов; военные провокации и др.

В самом общем виде к содержанию механизма провокации относится целый комплекс элементов: субъекты провокации и отношения между ними; политические интересы и цели субъектов, вытекающие из них политические и военные доктрины, конкретные провокационные акции, тенденции их развития, последствия и результаты.

Несмотря на то, что в ходе проведения провокации взаимодействуют различные правительственные и неправительственные организации и объединения, ведущим субъектом широкомасштабных провокаций выступает государство, в лице его руководящих органов.

Мы являемся свидетелями невиданного в нашей многовековой истории широкого обмена людьми и идеями. Наше российское общество стало примером открытости и беспредельной демократии при дефиците дисциплины и порядка. Соответственно возросли масштабы вмешательства, воздействия на наши внутренние дела из-за рубежа. И далеко не всегда интересы иностранных партнеров совпадают с интересами российского общества. Наряду с позитивными импульсами из-за рубежа идет подпитка сепаратистских, националистических сил, создаются своего рода лобби, группы и слои влияния, которые невольно, а зачастую и умышленно выступают в качестве проводников чужих интересов в нашей стране. Посмотрим на реальную ситуацию.

Националистический экстремизм в Прибалтике активно поддерживается рядом стран по другую сторону Балтийского моря, Польша усиливает свое влияние на Западную Украину, Румыния рассчитывает – сколько лет потребуется на возвращение в ее пределы Молдавии, Турецкие политики начинают размышлять категориями пантюркизма и, судя по поступающей информации видят сферу своего влияния в республиках Средней Азии, а в перспективе – и в Татарстане. Они активно налаживают отношения с Арменией и [c.381] Азербайджаном одновременно. Но на влияние в Азербайджане претендует Иран – туда направляются исламские проповедники, пропагандистская литература. Удивительная ситуация – столкнулись интересы Турции и Ирана из-за влияния на советской территории.

Западный капитал присматривается к Якутии, японцы и китайцы – к нашему Дальнему Востоку, немцы – к Калининградской области, финны – к Карелии и т.д. Думается не следует относить всю многообразную деятельность, которую развернули на нашей территории иностранцы, к категории взаимовыгодного сотрудничества. В этих условиях защита интересов Отечества, а не абстрактных “общечеловеческих ценностей”, приобретает особую актуальность. [c.382]

5. Пути предупреждения и методы разрешения политических конфликтов

Предупреждение и разрешение конфликтов находится, и это совершенно очевидно, в распоряжении власть имущих. Любая политическая инстанция, обладающая монополией на законное принуждение (насилие), порождена необходимостью справляться с конфликтами. Для этого она наделена властью, финансами, силовыми структурами. Власть, не справившаяся с конфликтами, неизбежно терпит поражение. Если конфликт сопряжен с притязаниями извне, можно организовать отпор; если он, наоборот, раздирает группу по причине нищеты и крайней нехватки товаров, материальных благ, его следует урегулировать, чтобы междоусобные распри не погубили членов группы. По мнению французского политолога Филиппа Бро, фатальность конфликтов и идея консенсуса или, по крайней мере, сплоченности, кажутся неразрывно связанными в политической практике как на международной арене, так и внутри страны (5).

Сдерживающими факторами конфликтов в политической области, средством их предупреждения является высокий уровень социально-экономического развития и политической культуры общества, а также доверие к власти и закону.

Важно отметить и искусство политического маневрирования как средство предупреждения конфликта. В свое время английский философ Ф. Бэкон писал: “В [c.382] самом деле искусно и ловко тешить народ надеждами, вести людей от одной надежды к другой, есть одно из лучших противоядий против недовольства. Поистине, мудро то правительство, которое умеет убаюкивать людей надеждами, когда оно не может удовлетворить их нужды, и ведет дело таким образом, чтобы любое зло смягчено было надеждой: а это не так уж трудно, ибо, как отдельные лица, так и целые партии, весьма склонны тешить себя надеждами или хотя бы заявлять о них вслух, если сами уж не верят” (6).

Конфликт не возникает вдруг. Причины его накапливаются, зреют иногда довольно длительное время. В процессе вызревания конфликта можно выделить несколько ступеней: 1) скрытая стадия, обусловленная неравным положением двух (в простом варианте) групп в сферах “иметь” и “мочь”, охватывающих все аспекты жизненных условий. Главная причина возникновения скрытого конфликта – это стремление людей к улучшению своего статуса и к превосходству; 2) стадия напряженности. Она может быть нулевой, средней степени и высокой; 3) стадия антагонизма, как следствие высокой напряженности, особенно при сочетании ее структурной и конъюнктурной разновидностей; 4) несовместимость, как четвертая стадия конфликта, также является следствием высокой напряженности, это, собственно, конфликт. Конфликт может быть прерван на любой из стадий, на определенное время или окончательно, если будет изжита коренная причина.

Разрешение конфликта предполагает знание объекта конфликта, состава его участников, исторических корней, непосредственного повода и уровня напряженности.(См. рис.1) [c.383]

Рис. 1

Принято считать, что разрешение конфликтов – это, как в дипломатии, “искусство возможного”, когда неудачи объясняют скорее сложностью ситуации, невозможностью ее преодоления, нежели неправильными действиями. Разрешение конфликта – дело довольно сложное.

Разрешение конфликта может идти различными путями. При определенных условиях это может произойти как бы самопроизвольно, когда предмет конфликта стихийно исчезает.

Каковы же конкретные методы? Во-первых, это метод “избегания” конфликта. В качестве примера могут служить следующие действия: уход с политической арены того или иного политического деятеля (добровольно), угроза ухода; увольнение с работы по собственному желанию, если тот или иной работник не может сработаться с руководством или с коллегами; эмиграция из страны; избегание встреч с “противником”; семейно-брачный развод и др.

Однако “избегание” конфликта не означает окончательной его ликвидации, фактического разрешения. Само противоречие, лежащее в основе конфликта противоборствующих сторон, остается. Так, например, в результате поражения во второй мировой войне, Япония отказалась от каких-либо притязаний на “северные территории”. Сегодня этот вопрос активно обсуждается с ее стороны. Россия же всячески избегает обсуждать проблему “северных территорий”, так как иначе это может привести, при сложившихся сегодня обстоятельствах, к осложнению отношений между двумя сторонами.

Избежать конфликта можно и другими путями. Дейл Карнеги, некогда безвестный фермер в штате Миссури, приобрел мировую славу, так как нашел способ удовлетворения одной из тех потребностей, какие присущи всему человечеству. Одна из его книг называется “Как завоевать друзей и оказывать влияние на людей”. А главы своей книги он обозначал весьма оригинально: “основные методы обращения с людьми”; “шесть правил, соблюдение которых позволяет понравиться людям; “двенадцать правил, [c.384] соблюдение которых позволяет склонять людей к вашей точке зрения”; “девять правил, соблюдение которых позволяет воздействовать на людей, не оскорбляя их и не вызывая у них чувства обиды”; “семь правил, соблюдение которых позволяет сделать вашу семейную жизнь более счастливой”.

А вот несколько, рекомендуемых Д.Карнеги правил: “С самого начала придерживайтесь дружелюбного тона”, “Проявляйте уважение к мнению вашего собеседника. Никогда не говорите человеку, что он – не прав”, “Внушайте вашему собеседнику сознание его значительности и делайте это искренне”, “Начинайте с похвалы и искреннего признания достоинств собеседника” и т.п.

Второй метод разрешения конфликта – это его отрицание или подмена. Это такой способ отношения к конфликту, когда дают ему тлеть и перемещают в другую плоскость, в другую область. Например, фразеология политических деятелей, ведущих избирательную кампанию, носит нередко, отпечаток нигилизма. Чтобы победить, политику, нужно “набрать” максимум голосов, по необходимости удовлетворяя разные категории населения в их, далеко не полностью, совпадающих интересах, в силу чего он должен избегать четкой позиции по реальному конфликту, и пытаться, насколько возможно, подменять понятия, говоря о разногласиях, руководствуясь при этом такими сценариями, которые способствуют более широкому объединению, ведут к согласию между политическими субъектами.

Третий метод. Нередко конфликт разрешается методом конфронтации. Последняя обязательно выдвигает на авансцену политики явно неразрешимый антагонизм во всей его грубой неприкрытости. Конфронтация же ведет к кризису и поражению данного режима, его исчезновению (революция в России в 1917г. и финал перестройки в 1991 году в СССР).

Вообще, история изобилует сценариями краха.

Четвертый момент разрешения конфликта можно назвать как способ его откладывания. Это своего рода оставление победителю в его полное владение своей территории, сдача своих позиций. Сдача на “милость победителя” – действие довольно распространенное в практике, особенно политической борьбы и в межличностных отношениях. В то же время следует отметить тот факт, что сторона, сдавшая свои позиции, по мере накопления сил и изменения ситуации в ее пользу, как правило, делает попытку вернуть утраченное в прошлом. Самый яркий [c.385] пример – это Версальский договор 1919 года, “грабительский” и унизительный по отношению к Германии и некоторым другим странам. Последствия его известны – вторая мировая война. Или такой пример. Президент России Б. Ельцин в свое время сдал свой пост первого секретаря горкома партии Москвы, но через некоторое время взял реванш у Горбачева. И 1500 дней политического противостояния завершились крупной политической победой Б. Ельцина (7).

Пятый метод урегулирования конфликта – примирение сторон на основе сближения их позиций и интересов через посредника. Это своего рода примирительная процедура, добрые услуги, посредничество. В роли посредника могут выступать согласительные комиссии, менеджеры по конфликтам, отдельные политические деятели или страны в межгосударственных конфликтах. Добрые услуги и посредничество известны уже в средние века. Эти два средства разрешения конфликтов, зафиксированы в Гаагской (1907 г.) конвенции. На американском континенте действует договор о мирном разрешении споров (Боготинский пакт от 30 апреля 1943 г.). На африканском континенте действует Протокол Комиссии по посредничеству, примирению и арбитражу Организации Африканского Единства.

Шестой метод разрешения конфликта – третейское разбирательство или арбитраж.

Стороны добровольно передают свой спор для разбирательства третьей стороне, решение которой является обязательным для обеих сторон. Арбитры при разборе строго руководствуются общепризнанными нормами международного права, конституцией страны, нормами договоров, в которых участвуют обе стороны. Как средство мирного разрешения конфликта, третейское разбирательство известно с древнейших времен. Судебное разбирательство – как средство мирного разрешения конфликта – идентично третейскому.

Однако разрешение конфликта путем арбитража или третейского суда имеет существенные недостатки. Они состоят в том, что эти методы предполагают т.н. урегулирование “сверху”. Арбитр или судья обладают достаточной властью, чтобы разрешить возникшее противоречие и заставить участников спора прийти к компромиссу [c.386] или поступиться чем-то, отказаться от чего-то. Специалисты пришли в выводу, что эти методы урегулирования конфликта хотя и разрешают его на данный момент, но на самом деле могут затянуть его на годы.

В связи с этим в практику разрешения конфликтов все более внедряется такое средство, как переговоры – седьмой метод разрешения конфликтов. Переговоры необходимы, чтобы избежать применения насилия, и они возможны, когда между сторонами имеется хотя бы минимальная сфера совпадающих интересов. Переговоры на международном уровне подчиняются особым правилам, потому что на них сходятся такие субъекты права, которые не имеют между собой обязательных отношений и друг другу не подчиняются. Внутренние переговоры отражают как бы другую волю правителей, за которой всегда стоит теоретическая возможность прервать их посредством одностороннего акта. Результатом переговоров – и внутренних и международных, как правило, является узаконение того нового порядка, который они установили. Этим обусловлена привлекательность переговоров.

Особой регламентации переговоров не существует – сами стороны избирают наиболее предпочтительную процедуру. Число участников необязательно зависит от числа втянутых в конфликт сторон.

Часто люди видят две возможности ведения переговоров – быть мягкими или жесткими. Мягкий человек идет на уступки, не желая конфликтовать во время переговоров, но после, чувствуя себя уязвленным, может пойти на новый конфликт. Жесткий участник желает непременно получить как можно больше, чем портит отношения с другой стороной. Позиция того и другого уязвима. Когда стоят упорно на позициях, не вникая в интересы друг друга, соглашения, конечно, не достигнуть.

Поэтому все шире внедряются переговоры с использованием новых методик разрешения конфликта – “ненасильственных”, которые в итоге устраивают все заинтересованные стороны.

Прежде конфликт рассматривался с точки зрения “кто проиграл, кто выиграл”, и любое урегулирование требовало от участников конфликта либо пойти на компромисс, либо чем-то поступиться. Роль посредника в конфликтах обычно сводилась к нахождению [c.387] компромиссов, когда более слабый вынужден был жертвовать какими-то своими интересами. Такие подходы к конфликтам в последние годы признаются все более неприемлемыми.

По мнению проф. Дж.Бертона (США) в новом понимании конфликт считается разрешенным, когда вскрыты и устранены действительные причины разногласий или столкновений с применением насилия. Джон Бертон считается крупнейшим специалистом в области конфликтологии. Им написано более 15 книг по этой проблеме. В настоящее время он разрабатывает совершенно новое направление – предотвращение, своего рода профилактику конфликтов. Речь идет о вскрытии и устранении причин потенциальных направлений, о прогнозировании возможных обострений конфликтных ситуаций.

Переговоры как раз и позволяют прийти к согласию, консенсусу, они открывают путь к сотрудничеству противоборствующих ранее сторон. К этим выводам уже давно пришли на Западе (8). В частности, американские ученые сумели доказать, что в условиях продолжающегося конфликтного взаимодействия, когда за каждым туром противоборства следует другой, крайне невыгодно делать ставку на разовый выигрыш, достигаемый за счет потери доверия другой стороны.

Наоборот, если каждая из сторон будет следовать линии на сотрудничество, полагаясь на доверие другой стороны и не подрывая этого доверия своими действиями, то результатом такого взаимодействия будет оптимально выигрыш каждой. Эффективная стратегия переговоров – это прежде всего стратегия согласия, поиска и приумножения общих интересов и умений их сочетать таким образом, который не будет впоследствии вызывать желание нарушить достигнутое соглашение. “Ваш интерес состоит в том, чтобы наилучшим образом обеспечить их интересы”.

Это, однако, не означает, что надо во всем идти на уступки партнеру по переговорам, ради достижения соглашения любой ценой. Ведь не может быть устойчивого соглашения, если хотя бы одна из сторон будет чувствовать себя ущемленной. Устойчивость достигаемого путем переговоров соглашения – вот один из критериев эффективности процесса переговоров.

Поэтому сегодня не могут быть в почете такие приемы, как предварительный “набор очков для торга”, [c.388] “увязки” различного характера, практиковавшиеся до последнего времени, сыгравшие отрицательную роль, например, в международных переговорах между СССР и США. Не могут себя оправдать и факторы конъюнктурного соображения. Дело в том, что значение этих факторов со временем проходит, а соглашение, достигнутое с их помощью, остается. Люди забывают конъюнктурные факторы, и тогда возникает ощущение несправедливости договора, ощущение ущемленности и обиды.

Определенные политические круги формируют на этих ощущениях соответствующее общественное мнение. В результате прошлое соглашение аннулируют или требуют реванша.

Итак, ключевыми понятиями в налаживании взаимоотношений между соперничающими сторонами стали согласие (консенсус), соглашение, сотрудничество.

В нашей стане формированию консенсуса может способствовать плюрализм. Без плюрализма нет выбора. Без выбора нет консенсуса. Механизмы выбора формирует консенсус. Очевидно, что одним из главных условий согласия (консенсуса) является терпимость соперников друг к другу, к инакомыслию. Однако в основе этой терпимости лежит высокая политическая культура общества, как важнейший признак всякого гражданского общества.

К сожалению, наша общественная психология отличается нетерпением. Это обстоятельство отмечал еще Ф.М. Достоевский, обеспокоенный тем, что слишком хочется нам “вместо первого шага прямо шагнуть десятый”. Отсюда вера в чудо или в свое доморощенное, или в заморское, Ведь народ был совершенно уверен в том, что, в результате социалистической революции, он, за короткий промежуток времени, достигнет того уровня жизни, над достижением которого другие народы бились столетиями. И обоснование рывка в коммунизм в Программе КПСС 1961 года тоже покоилось на чуде, а не на научном расчете. Из области чудес, в какой-то мере, и “Программа 500 дней”. И уж совсем трудно укладывается в рамки здравого смысла надежда на то, что найдутся заморские [c.389] чудаки, которые нам “под ключ” построят все необходимое, что нужно человеку цивилизованного общества.

Нам некогда ждать, мы уже опоздали. Мы долго терпели. Застоялись. Отсюда и нетерпение. Изыскиваем сегодня средства, которые вели бы кратчайшим, прямым путем к высотам социально-экономического и технического прогресса, уже покоренными другими народами, забывая очевидную истину, что не всякая прямая короче кривой. [c.390]

Глава XXI.

Основные понятия: социальный конфликт, политический конфликт и кризис, конфликтология, объект конфликта, компромисс, консенсус.

Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:

1. Тождественны ли понятия “кризис” и “конфликт”? Сформулируйте определение понятия “политический кризис”, раскройте этапы его возникновения и нарастания.

2. Проанализируйте причины возникновения политических кризисов и их взаимосвязь.

3. Какова сущность конфликта? Какие типы и виды конфликтов Вы знаете? В чем специфика политического конфликта?

4. Можно ли избежать конфликт? Каковы его источники, объекты? Какие силы общества могут входить в состав участников политического конфликта?

5. Назовите известные Вам ступени вызревания конфликта (стадии его развития).

6. Подумайте над характеристикой политических конфликтов в России: их причины, способы разрешения в современных условиях.

7. Есть ли способы ослабления конфликта? Если “да”, то какие? Что такое “компромисс” и “консенсус”? Приведите примеры из практики политической жизни нашей страны.

8. Обоснуйте необходимость и возможные способы анализа политических конфликтов.

Круглый стол.

Тема: Анализ основных стадий развития политического конфликта (см. § 3 данной главы).

Литература:

1. Черняк Е.Б. Вековые конфликты. – М.: Междунар. отношения, 1988. В книге предпринята попытка рассмотреть эту [c.390] проблему на материале всемирной истории. Анализируются столкновения Древнего Рима и раннего христианства, Византии и Арабского халифата, средневековых папств и империй; на примерах войн, участниками которых выступали турецкие янычары и германские ландскнехты, британские пираты и испанские инквизиторы, а в новейшее время – силы реакции и национального и социального освобождения.

2. Материалисты древней Греции. Госполитиздат, 1955. С.48.

3. Гегель Г. Философия права. М.: Мысль, 1990. С.441.

4. Бро Ф. Политология. М., 1992. С.59.

5. Бэкон Ф. Соч. в 2-х т. Т.2. С.384.

6. Горбачев-Ельцин. 1500 дней политического противостояния. М., 1992.

7. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию, или переговоры без поражения. М.: Наука, 1990.

8. Краснов Б.И. Конфликты в обществе // Соц.-полит. журн., 1993.

9. Социология конфликтов. / Национальная доктрина России. М., 1994. № 5-8.

10. Камю А. Бунтующий человек. М., 1992.




Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 |

Оцените книгу: 1 2 3 4 5

Добавление комментария: